Торговый прогноз на наступившую неделю с 07 сентября 2026 года
Начало осени 2026 года ознаменовалось тектоническим сдвигом в расстановке сил на мировом валютном рынке. Если еще полгода назад пара USD/JPY уверенно штурмовала исторические максимумы, опираясь на колоссальный дифференциал процентных ставок между ФРС США и Банком Японии, то текущая неделя с 7 по 11 сентября проходит под знаком агрессивного укрепления японской иены. На этом фоне единая европейская валюта демонстрирует сдержанную динамику, зажатая между макроэкономической стабильностью еврозоны и неопределенностью вокруг дальнейших шагов американского регулятора.
EUR/USD: Устойчивость перед лицом американской статистики
Текущий курс пары евро к доллару составляет 1.16376. Этот уровень отражает хрупкий паритет интересов. С одной стороны, экономика Еврозоны показывает признаки стабилизации после периода стагфляционных опасений начала десятилетия. Индексы деловой активности (PMI) Германии и Франции стабилизировались выше отметки 50 пунктов, а рынок труда ЕС остается неожиданно крепким для текущего цикла охлаждения экономики. Это лишает Европейский центральный банк поводов для дальнейшего смягчения риторики, создавая умеренный фундаментальный спрос на единую валюту.
С другой стороны, давление на пару оказывает доллар США. В среду, 9 сентября, будут опубликованы ключевые данные по индексу потребительских цен (CPI) в США. Рынок закладывает вероятность того, что базовая инфляция останется на уровне 3.1% – 3.2% в годовом выражении. Любое отклонение вверх от этих ожиданий мгновенно вернет на стол дискуссию о необходимости сохранения ставки ФРС на высоком уровне дольше прогнозируемого срока, что станет драйвером для роста доллара и тестирования поддержки 1.1600.
Однако технический анализ указывает на преобладание бычьих настроений в среднесрочной перспективе. Пара торгуется выше ключевых скользящих средних (MA 50 и MA 200) на дневном графике. Зона сопротивления пролегает на отметках 1.1680 и 1.1720. Пробой последнего уровня откроет дорогу к весенним максимумам в районе 1.1850. Пока же наиболее вероятным сценарием на наступившую неделю выглядит движение в расширенном боковом канале 1.1590–1.1710. Инвесторы предпочтут занять выжидательную позицию до выхода американских данных по инфляции и розничным продажам.
USD/JPY: Конец эпохи керри-трейд?
Наиболее драматичные события разворачиваются в паре доллар-иена. Реальный курс на начало недели зафиксирован на отметке 152.875, однако рыночная волатильность уже зашкаливает. Японская иена, традиционно выступавшая валютой фондирования для рисковых операций, внезапно превратилась в один из самых привлекательных активов для сбережений.
Фундаментальная причина кроется в радикальном пересмотре ожиданий относительно политики Банка Японии (BOJ). После десятилетий ультрамягкой монетарной политики регулятор оказался загнан в угол растущими инфляционными рисками. Рост стоимости импортируемых энергоносителей и продовольствия удерживает внутреннюю инфляцию Японии значительно выше целевого ориентира в 2%. Дополнительную остроту ситуации придает недавнее сокращение золотовалютных резервов страны — это прямое подтверждение масштабных, хотя и скрытых, валютных интервенций Токио с целью защиты национальной валюты.
Ключевым катализатором текущей недели стали ястребиные сигналы со стороны экономического истеблишмента Японии. Экономический советник премьер-министра Санаэ Такаити, Такудзи Аида, в своих последних выступлениях перенес ожидаемый срок следующего повышения ставки с января 2027 года на сентябрь 2026-го. Более того, рынки начинают активно дисконтировать не одно, а серию повышений — потенциально три шага ужесточения до конца первого квартала 2027 года.
Этот фон кардинально меняет привлекательность сделок carry trade. Сокращение разницы в доходности между американскими трежерис и японскими государственными облигациями заставляет глобальные фонды массово закрывать короткие позиции по иене. Техническая картина подтверждает силу тренда: пара обновила шестимесячный минимум, пробив психологически важную отметку 154.00.2 источника Ближайшая зона жесткой поддержки находится в диапазоне 151.50–151.80. Любой коррекционный рост пары будет использоваться крупными игроками для наращивания коротких позиций. Вероятность нового валютного вмешательства Министерства финансов Японии резко возрастает при попытках возврата котировок выше области 154.50.
Макроэкономический календарь и риски
Помимо данных по инфляции в США, внимание трейдеров на неделе 7–11 сентября будет приковано к следующим событиям:
Четверг, 10 сентября: Решение Банка Канады по процентной ставке. Хотя напрямую не влияет на мажоры, задаст тон для всего блока сырьевых валют и косвенно отразится на аппетите к риску.
Пятница, 11 сентября: Публикация индекса потребительского доверия Мичиганского университета и предварительные данные по промышленному производству в Еврозоне.
Общий сентимент на рынках остается умеренно-негативным. Геополитическая напряженность в Восточной Европе и Ближнем Востоке поддерживает спрос на традиционные защитные активы, включая швейцарский франк и золото, что создает дополнительное фоновое давление на чувствительный к риску австралийский и новозеландский доллары.
Текущая неделя требует от участников рынка повышенной осторожности. Основной фокус смещается с Федеральной резервной системы на Банк Японии. Для пары EUR/USD оптимальной стратегией представляется торговля внутри диапазона с оглядкой на американские макроданные. В паре USD/JPY инициатива полностью принадлежит медведям, и любые попытки значительного восстановления доллара следует рассматривать как технические коррекции перед дальнейшим снижением в область пятой фигуры.
НОВОСТИ ФИНАНСОВЫХ РЫНКОВ
Перед центральными банками возникает сложнейшая дилемма
Источник:
Начиная с 1980-х гг. низкие процентные ставки – как номинальные, так и реальные – стали постоянной особенностью развитых стран. Многие сегодня задаются вопросом: как долго может сохраняться эта тенденция?
В "Женевском докладе" на эту тему, подготовленном в 2015 г. совместно Международным центром монетарных и банковских исследований (ICMBS) и Центром изучения экономической политики (CEPR), утверждалось, что процентные ставки будут оставаться низкими долгое время, но вряд ли бесконечно. Между тем, сегодня в мировой экономике находятся в обращении облигации с отрицательной доходностью на общую сумму более $13 трлн, поэтому многие ученые и инвесторы начали полагать, что ставки, возможно, останутся низкими навсегда.
Если это так, тогда перед центральными банками возникает сложнейшая дилемма: должны ли они в случае замедления темпов роста экономики сохранять свой ограниченный запас пороха сухим или же им следует использовать его превентивно, задается вопросом в своей статье на Project Syndicate член аналитической организации China Finance 40 Forum, доцент Национальной школы развития при Пекинском университете Мяо Яньлян.
Ответ следует искать за пределами монетарной политики или национальных границ. Почему? Здесь полезно будет вспомнить о базовой концепции процентов, которая всегда была источником разногласий в экономической теории. Как указывал австрийский экономист Ойген фон Бём-Баверк в своей книге 1890 г. "Капитал и процент", "теория [процента] представляет собой пеструю картину крайне противоречивых мнений, из которых ни одно не в состоянии победить остальные и ни одно не желает признать себя побежденным". В наши дни положение несильно изменилось. Объяснения нынешнего периода низких процентных ставок даются двумя явно несовместимыми научными школами: неоклассической теорией и кейнсианской теорией.
Неклассические мыслители, следующие традиции Альфреда Маршалла, Кнута Викселля и Ирвинга Фишера, считают, что реальные процентные ставки определяются реальными экономическими силами. Деньги (или монетарная политика) играют нейтральную роль, а процентная ставка – это то, что уравновешивает сбережения и инвестиции, которые зависят от временных предпочтений и доходности соответственно (отсюда и заголовок вышедшей в 1930 г. книги Фишера на эту тему "Теория процента, определяемого нетерпеливым желанием потратить доходы и возможностью их инвестировать"). Используя неоклассические подходы, можно выявить целый ряд структурных факторов (от демографических изменений, ведущих к росту сбережений, до замедления темпов технического прогресса, ведущего к снижению спроса), которые объясняют "вековой" спад процентных ставок.
Напротив, согласно "теории предпочтения ликвидности" Джона Мейнарда Кейнса процент лучше воспринимать как премию за отказ от ликвидности на определенный период времени. Речь идет не о сбережениях вообще, а только о сбережениях денег. Соответственно процентная ставка определяется одновременно предложением ликвидности и предпочтением ликвидности со стороны участников экономики.
В нормальные времена эти две научные школы никак не пересекаются и могут сосуществовать. Кейнс фокусировал внимание на номинальных ставках, а Фишер – на реальных; Кейнс делал акцент на краткосрочной перспективе, а Фишер – на долгосрочной. Кейнсианский принцип краткосрочной монетарной не-нейтральности не противоречит напрямую фишеровскому принципу долгосрочной нейтральности. Когда центральные банки действуют по-кейнсиански, снижая номинальные ставки, реальные ставки обычно падают из-за эффекта негибких цен.
Но сегодня процентные ставки застряли на нижней нулевой границе (сокращенно ZLB) или около нее, и поэтому эти два подхода, по всей видимости, пришли в столкновение: снижение номинальной ставки вызывает равноценное и немедленное снижение инфляционных ожиданий, поэтому реальная ставка остается неизменной. Некоторые экономисты называют это изменение ожиданий "неофишеровским эффектом", учитывая, что традиционный фишеровский эффект (инфляция следует за номинальной ставкой с коэффициентом один к одному) должен наблюдаться лишь в долгосрочной перспективе. Фишеровский эффект не наступает, если инфляционные ожидания остаются достаточно стабильными. Однако, как только ставки попадают в ловушку ZLB, инфляционные ожидания начинают снижаться, а привычный кейнсианский эффект уступает место неофишеровскому эффекту.
Именно в этом отличительная черта ZLB: Фишер вытесняет Кейнса. Центральные банки могут сколько угодно снижать номинальные ставки до нуля или даже заходить на территорию отрицательных ставок, но при этом реальные ставки будут оставаться неизменными. Чем более кейнсианскими становятся действия центрального банка (попытки стимулировать спрос с помощью снижения ставок), тем более фишеровской становится экономика – как минимум с точки зрения инфляционных ожиданий. А когда такое происходит, монетарная политика становится не просто бессильной, но и потенциально вредной.
Да, конечно, идея неофишеровского эффекта вызывает неоднозначную реакцию в научных кругах. Но даже если никакого необычного фишеровского эффекта не существует, политика фиксации процентных ставок или ситуация, когда ставки вынужденно оказываются в ловушке ZLB, все равно приумножает возможные шоки. Попытки избежать подобных ситуаций могут поставить центральные банки перед сложной дилеммой. Должны ли они снижать ставки, когда это необходимо, несмотря на то что подобные действия могут привести в ловушку Фишера?
Передозировка монетарной политики способна создать условия для монетарной "не-нейтральности", толкая вниз равновесные реальные ставки. Это давление может осуществляться как минимум по двум каналам. Первый – цикл финансовых бумов и крахов. Упорно низкие процентные ставки стимулируют аппетит к рискам, что может привести к возникновению финансовых дисбалансов и наращиванию долгов. Когда музыка перестает играть, центральным банкам приходится еще больше снижать ставки, чтобы справиться с неизбежным крахом. Второй канал – ошибочное распределение ресурсов, которое происходит, если избыток ликвидности тормозит шумпетеровское "креативное разрушение", поскольку неконкурентоспособные фирмы получают спасительную поддержку.
Для решения этой дилеммы требуется фундаментальное изменить планирование и реализацию экономической политики. Нам нужно значительно улучшить координацию на национальном и международном уровнях. На национальном уровне монетарная политика не должна быть единственным доступным вариантом действий. Более активную роль должны играть бюджетная политика и структурные реформы, а кроме того, важнейшим приоритетом следует сделать макропруденциальную политику, которая позволяет справляться с циклами финансовых бумов и крахов.
На международном уровне хорошо интегрированная сеть финансовой помощи помогла бы уменьшить потребность в самостраховании за счет безопасных активов. Один из хороших вариантов объединения ресурсов – повысить "огневую мощь" Международного валютного фонда путем реформы квот. Новую, улучшенную международную монетарную систему нельзя построить за день, но мы должны с чего-то начать.
Начало осени 2026 года ознаменовалось тектоническим сдвигом в расстановке сил на мировом валютном рынке. Если еще полгода назад пара USD/JPY уверенно штурмовала исторические максимумы, опираясь на колоссальный дифференциал процентных ставок между ФРС США и Банком Японии, то текущая неделя с 7 по 11 сентября проходит под знаком агрессивного укрепления японской иены. На этом фоне единая европейская валюта демонстрирует сдержанную динамику, зажатая между макроэкономической стабильностью еврозоны и неопределенностью вокруг дальнейших шагов американского регулятора.
